Воспоминания о Нине Николаевне Грин (книга)

Материал из Крымологии
Перейти к: навигация, поиск
биографическая книга
Воспоминания о Нине Николаевне Грин
Первова Юлия Александровна
Воспоминания о Нине Николаевне Грин.jpg
Город

Симферополь

Издательство

Крымучпедгиз

Год издания

2001 г.

Тираж

300 экз

К-во страниц

152 стр.

Язык издания

русский

Дополнительные данные
ISBN ISBN 966-7283-77-1
Книга-воспоминания Юлии Первовой, душеприказчицы Нины Николаевны Грин, вдовы Александра Грина, печатаются впервые. В них автор воссоздает образ благородной и мужественной женщины, посвятившей свою жизнь борьбе за возвращение А. Грина русской литературе и широкому читателю.
« В материалах, которые предлагаются читателю, речь идет об акте посмертной реабилитации Н.Грин, о ее дружбе и переписке с почитателями писателя, о перезахоронении вдовы через год после ее смерти и легализации этого перезахоронения через 20 лет.

О героической и драматической судьбе этой русской женщины, друга и соратника А.С.Грина, проникновенно повествует Юлия Первова, душеприказчик Н.Н.Грин, в своих воспоминаниях о ней, которые были написаны в 1985 году.

»

Николай Кобзев

Предисловие автора

С Ниной Николаевной Грин мне довелось познакомиться летом 1958 года. Гонимая горем, я приехала на могилу любимого с детства писателя и встретилась с его вдовой. Отношения, тогда возникшие, превратились из простого знакомства в дружбу лишь через пять лет. Этим благодетельным поворотом в судьбе я обязана Александру Аркадьевичу Верхману, чья деятельная доброта приблизила меня к Нине Николаевне.

После смерти вдовы Грина, в 1970 году, согласно ее духовному завещанию Верхман и я стали душеприказчиками Нины Николаевны Грин; как официальные лица мы получили доступ в фонд писателя, хранящийся в Центральном архиве литературы и искусства.
Должность душеприказчиков налагала на нас ряд серьезных обязательств: как и Нина Николаевна, мы не имели права равнодушно проходить мимо опошления творчества Грина и искажения фактов его биографии. До самых последних дней, спустя много лет после смерти его вдовы, приходится воевать за чистоту памяти писателя. По причинам корыстного порядка, а нередко по безразличному усердию чиновников при жизни и после смерти Нины Николаевны возникали домыслы, порочащие жизнь Гринов.
Лжи надо было противопоставить правду. Ознакомившись с материалами фонда, мы поняли, что время, прожитое Александром Степановичем с Ниной Григорьевной, соединило их неразделимо: счастье, горести, радости и потери были у них едины. Произведения последнего десятилетия жизни Грина озарены присутствием его жены.
На материалах фонда были написаны «Страницы из жизни Гринов» — рукопись эта пока не издана[1]. Сейчас настало время рассказать о тех годах, которые прожила Нина Николаевна, оставшись одна. Об этом периоде ее жизни также сочинено немало легенд по принципу «чем хуже, тем лучше». Источником их стали чиновники города Старый Крым, не простившие вдове писателя победы, которую она одержала, сражаясь с ними за его память, за восстановление домика, в котором он скончался на ее руках.
Это был страшный поединок: старая женщина, вернувшаяся из заключения, не реабилитированная, а лишь амнистированная, — против старокрымских начальников. То, что Нина Николаевна победила в этой борьбе, — чудо мужества и верности.
Основой работы о последних десятилетиях ее жизни стали письма и дневники. Письма, в основном принадлежащие самой Нине Николаевне, эпистолярный дар которой известен всем ее адресатам. Мы до сих пор получаем пачки писем (оригиналов, ксерокопий, фотокопий), написанных ровным убористым подчерком — информативные документы, часто исполненные тепла и юмора. Благодаря им заполняются бреши, уточняются факты, нередко искаженные в памяти современников. Дневниковые записи мы стали вести с 1964 года, когда Нина Николаевна впервые приехала к нам в Киев, чтобы похлопотать о статусе Домика Грина. С тех пор мы вели их до ее последних дней; это делалось далеко не всегда регулярна, но записанное во многом помогло разобраться в происходящих событиях.
Усилия в борьбе за память о Грине стоили очень дорого: часто Нина Николаевна, измученная непосильными хлопотами, тяжко болела. Но, едва поднявшись, она снова вставала на свой крестный путь, переходя от ликования к отчаянию и снова от отчаяния к ликованию. Следует сказать, что она была на редкость доверчива: слушая вежливые заверения, за которыми не было ничего, кроме желания отделаться от надоевшей старухи, она принимала казенные слова за искренние обещания. Человека, который, зайдя в Домик Грина, начинал признаваться в любви к нему, Нина Николаевна мгновенно наделяла высокими качествами. Это принесло ей немало разочарований, однако не стало опытом. Вместе с тем, ошибаясь и переоценивая людей, Нина Николаевна немедленно и точно отзывалась на любую вульгаризацию, любое опошление творчества Грина.
Воспоминания, о днях, проведенных рядом с Ниной Николаевной, архив I рина, распорядителями которого мы стали, ее архив, встречи с людьми, знающими Нину Николаевну по оккупации и лагерю, создали возможность для начала работы над книгой

Логотип Крымотеки
В Крымотеке есть текст Воспоминаний о Н.Н. Грин


Примечания



Все тексты и изображения, опубликованные в проектах Крымологии, включая личные страницы участников, могут использоваться кем угодно, для любых целей, кроме запрещенных законодательством Украины.