Защита Черноморского побережья в ходе Русско-турецкой войны 1877—1878 гг.

Материал из Крымологии
Перейти к: навигация, поиск

Защита Черноморского побережья в ходе Русско-турецкой войны 1877—1878 гг. проходила в соответствии с инструкцией по активной обороне побережья и портов.

Защита Черноморского побережья

Активизировалась деятельность начальников морской и береговой обороны участков побережья, в первую очередь Очаковского и Одесского, как прифронтовых. Для крейсерских операций на коммуникациях противника были выделены наиболее новые, мореходные и быстроходные пароходы. Пароходы «Веста», «Ливадия», «Константин» и «Владимир», дооборудованные, вооруженные и укомплектованные командами, были подготовлены к операциям на коммуникациях противника. Подготовка кораблей к боевой деятельности во все времена была процессом сложным. И, если представить себе обстановку Очаковского порта 1876-1877 годов, с крайне ограниченным запасом материальных средств, с нехваткой опытных, подготовленных специалистов, со слабой ремонтной базой и с фактическим отсутствием боевых кораблей, то становится понятной та роль, которая отводилась командиру военно-морской базы. Наверняка, если бы не годы и не старые раны, адмирал Руднев не устоял бы перед искушением выйти в море на одном из вооруженных пароходов. Но и без того, его вклад в процесс крейсерской деятельности наших кораблей несомненен.

30 декабря, в два часа пополудни, два турецких броненосца подошли к Евпатории и в 3 ч. 25 минут открыли бомбардировку залпами из всех орудий. В 6 ч. 30 минут бомбардировка прекратилась, и броненосцы ушли к западу. Неприятель пытался овладеть двумя купеческими бригами, стоявшими на рейде, но потерпел неудачу вследствие метких выстрелов нашей артиллерии. В город и по войскам выпущено 140 снарядов; ранено 8 нижних чинов; из жителей легко ранены две женщины и один мужчина; повреждено 25 домов.

1 января в 10 часов 15 минут утра к Феодосии подошли два больших турецких броненосца и открыли огонь по городу. Удачными выстрелами нашей полубатареи один из броненосцев получил такие повреждения, что вынужден был прекратить стрельбу и отойти на дальнюю дистанцию. Другой же броненосец продолжал бомбардировку до 12 часов 30 минут и в 4 часа пополудни ушел в направлении на запад. После 12 часов бомбардировка города не возобновлялась, а в седьмом часу и второй броненосец взял также курс на запад. Неприятелем выпущено 132 снаряда. Наши потери: один обозный убит и, кроме того, ранено 7 жителей, убито 3 лошади. Из строений повреждено 12 частных домов…

Имело место крейсерство турецкой эскадры и в районе Севастополя. Так, в перечне боевых действий по обороне Черноморского побережья с 15 июня по 1 июля отмечалось, что 19 июня, рано утром, неприятельская эскадра, в числе 19 судов, появилась в виду Очакова и Одессы, и не останавливаясь, взяла курс на Севастополь, Об этом было телеграфировано командиру 10-го армейского корпуса, начальнику Евпаторийского отряда и начальнику приморской обороны Севастополя. Командиром 10-го корпуса были приняты меры по усилению наблюдения за побережьем в районе Тарханкутского маяка и Ак-Мечети. Вечером 19 июня против Тарханкутского маяка показалось 10 неприятельских судов. В полночь эскадра эта остановилась в 10 милях от Тарханкутского маяка. С рассветом 20 июня половина судов эскадры ушла в море, а остальные взяли курс на Евпаторию. Не доходя до Евпаторийского маяка, суда повернули в море и скрылись.

26 июня в 5 часов утра эскадра в составе четырех паровых судов, появилась в виду Севастополя, но не предпринимая ничего, отошла в море, а 27 июня в 7 часов утра стала против Евпаторийского рейда. С 11 часов 45 минут утра до 2 часов 20 минут пополудни неприятель бомбардировал город, выпустив 62 снаряда... Городу не было причинено никакого существенного вреда. Неприятелю отвечала огнем полубатарея 2-й батареи 34-й артиллерийской бригады, которою было выпущено 36 гранат, из которых 6 разорвались удачно. К вечеру неприятельская эскадра удалилась в море и более не показывалась...

Зона боевых действий

Эта ежесуточная информация убедительно подтверждала активность турецкого флота и необходимость активной борьбы с кораблями противника. Информации из фронтовой зоны, а все Черноморское побережье считалось зоной боевых действий, придавалось самое серьезное значение. Так, о бомбардировке Евпатории и Феодосии было подробно доложено Военному министру рапортом от 17 и 20 января № 606[1]. Мы решили познакомить вас с этими казенными фразами донесений еще и потому, что о войне 1877-1878 годов читатель в основном судит по громким победам генерала Скобелева, по отважным рейдам генерала Гурко, по боям на Шипке. Но были еще боевые действия на Черном море, на Дунае, существовала вполне реальная опасность для наших приморских городов. Севастопольцы в полной мере ощущали себя жителями приморского города-крепости. Большое значение в деле обороны побережья сыграли крейсерские действия наших военных судов. Так, в перечне распоряжений и действий по обороне Черноморского побережья с 25 мая по 15 июня говорится, что 8 мая пароходом «Великий князь Константин» с двумя быстроходными паровыми миноносными катерами, вышедшими из Одессы, было произведено нападение на неприятельские броненосцы, стоящие на Сулинском рейде. О нападении этом подробно доложено Военному министру 13 июня за №5405. Об этом «молодецком» нападении мы уже рассказывали… Кстати, прошу вас обратить внимание не некоторые расхождения в официальных отчетах и фактическом ходе событий. Потребность выдать неудачу за героический поступок часто сопровождает военные события.

Поиск наших судов с 15 июня по 1 июля[2]) когда же, после бомбардировки Евпатории, 27 июня, турецкий флот удалился в море и о нем не получалось никаких известий, то крейсерство возобновилось и 29 июня пароходы «Ливадия», «Веста, прошли из Очакова в Севастополь, а пароход «Владимир» – из Одессы в Севастополь. 3 июля пароходы «Веста», «Ливадия», «Константин» и «Владимир» вышли на крейсерство к Румелийским (Румынским) берегам. 6 июля все они возвратились в Одессу, не имев в море никаких боевых действий, а пароход «Ливадия» прошел прямо в Очаков…

Пункты межпоходовых стоянок кораблей назначались с учетом ремонтно-восстановительных возможностей баз и в зависимости от оперативной обстановки на театре военных действий.

…7 июля пароход «Аргонавт» был послан из Севастополя в крейсерство к Сулину. Пароход этот 8 июля, в 2 часа пополудни, подошел на пушечный выстрел к стоявшим у Сулина неприятельским броненосцам и открыл по ним огонь из мортиры. Неприятельские броненосцы немедленно снялись с якорей и погнались за «Аргонавтом», стреляя по нему и стараясь отрезать ему пути отхода. «Аргонавт» уходил, отстреливаясь, причем преследование его неприятелем было прекращено на высоте озера Киндука. 9 июля, на рассвете, «Аргонавт» благополучно прибыл в Очаков.

Бой парохода «Веста»

Aivazovsky Vesta.jpg
…10 июля, в 4 часа пополудни, пароход «Веста» вышел из Очакова на крейсерство к Румелийским берегам, 11июля, в 7 часов утра, в 35 милях от Кюстенджи (Констанцы) был усмотрен густой дым, а затем, и судно, оказавшееся по сближению с ним большим и сильным турецким броненосцем…выдержал с ним 5-часовой бой, заставил его отступить…

Попытаемся разобраться, что кроется за скупыми строчками боевого донесения … «Веста» – вооруженный пароход, построенный в 1858 году, водоизмещения 1800 тонн, скорость хода 12 узлов, вооружен 4 орудиями среднего и 12 малого калибра с экипажем 88 человек. Командир – капитан-лейтенант Баранов.

Турецкий броненосец – «Фетхи-Буленд», водоизмещение 2500 тонн, скорость хода 12-13 узлов, вооружение 5 орудий калибром 7 и 9 дюймов, не считая более мелких орудий; экипаж 130 человек. Командир – англичанин на турецкой службе фрегатен-кэптен Шакр.

Причиной столь неожиданной встречи противников послужил очень густой туман. Бой мощного броненосца с пароходом, не имевшим ни бортового, ни палубного бронирования, грозил перерасти в жестокое избиение последнего… Турецкий броненосец сделал по «Весте» выстрел, на который она ответила залпом из баковых орудий, и продолжила стрельбу на отходе… Началась погоня, в ходе которой, между «Вестой» и турецким броненосцем завязался жаркий бой, длившийся с перерывами с 8 часов утра до 1 часа 30 минут пополудни. Во время боя «Веста» сильно пострадала, но от удачных выстрелов из наших мортир неприятельский броненосец получил серьезные повреждения и вынужден был прекратить бой. После боя «Веста» перешла в Севастополь на рассвете 12 июля. Потери на «Весте» были следующие: убито 2 офицера и 9 матросов; ранено 6 офицеров, один из которых скончался от ран (Перелешин Михаил Платонович, лейтенант 2-го флотского Балтийского экипажа) и 16 матросов.[3]

Командир «Весты» Николай Михайлович Баранов за умелое руководство боем и личное мужество был награжден Орденом Св. Георгия 4-й степени. Ему было присвоено очередное звание капитан 2 ранга. По достоинству были отмечены и многие члены экипажа «Весты». Еще больший успех выпал на долю Баранова, который уже в звании капитана 2 ранга командуя вооруженным пароходом «Россия», 13 декабря 1877 года у Анатолийского побережья в районе Эрегли захватит в плен турецкий транспорт «Мерсина» с батальоном солдат на борту и приведет его в качестве «приза» в Севастополь. По другой информации, на борту «Мессины» был пленен табор Анатолийского низима, штаб-офицер, 25 обер-офицеров и захвачено значительное количество груза и провианта.

Капитан 2 ранга Баранов личность в высшей степени оригинальная и любопытная. Будучи в конце 1860-х годов незаметным морским офицером, он изобрел заряжавшееся с казенной части ружье, которое затем и было принято на русском флоте под именем «барановского ружья». Объективности ради, стоит уточнить, что так называемая винтовка «Альбини – Баранова» – улучшенная модификация бельгийской винтовки Альбини 1867 года, но это нисколько не умаляет конструкторских способностей Баранова. Предложение Баранова по оригинальному способу углубления морских фарватеров и несколько других создали Баранову известность в изобретательских кругах, но мало отразилось на его служебной карьере.

Более широкую популярность Баранов получил после войны 1877-1878 годов. По причине неуживчивого характера в скором времени Баранов сменил морской мундир на форму министерства внутренних дел. Сухопутная служба бравого и инициативного моряка началась после печально-известных событий марта 1881 года с должности Петербургского градоначальника. Но, видимо, полицейская деятельность не отвечала потребностям кипучей, но прямодушной натуре Баранова. Меньше чем через год, по его личной просьбе, Баранов был назначен Ковенским губернатором, затем переведен в Архангельск, а в середине 1882 года уже в чине генерал-лейтенанта вступил в должность нижегородского губернатора. Здесь в полной мере выявились свойства его живого темперамента, и не исчезали они в течение последующих 14 лет нахождения в должности. Одним из ценнейших качеств Баранова оказалось умение заражать своей энергией подчиненных, будь то борьба с холерой, или предотвращение погрома в Сормовских трущобах… Об этом самобытном и интересном человеке написал Д. Смирнов в журнале «Нижегородская старина» за 2006 год.

Ну, и в том знаменательном бою в составе экипажа «Весты», в качестве волонтера, сражался талантливейший инженер, изобретатель Степан Карлович Джевецкой. За этот бой он был награжден солдатским «Георгием». Характерен тот факт, что, получив впоследствии множество наград, в том числе и орден «Почетного легиона», Степан Карлович в торжественных случаях носил только эту, скромную, но почетную солдатскую награду.

В перечне действий по защите побережья с 10 ноября 1877 года по 19 января 1878 года находим:

« Ввиду крайней необходимости снабдить Туапсе и Сочи провиантом и фуражом, из Севастополя были посланы 29 ноября пароходы «Константин» и «Владимир», которые, не смотря на весьма бурную погоду, исполнили это задание, взяв в Керчи и Новороссийске груз и перевезли его в Сочи и Туапсе. Затем, пароход «Владимир» отправился в Одессу, где пополнив свой запас угля, вернулся в Севастополь, а пароход «Константин», согласно данной ему инструкции, отправился в крейсерство и в ночь на 16 декабря атаковал на Батумском рейде двумя минными катерами турецкий броненосец. Пущенная с одного катера мина Уайтхеда, ударившись в середину судна, взорвалась; другая же мина, пущенная с другого катера, прошла под кормой без взрыва. Поднявшаяся на броненосце тревога заставила катера отступить к своему пароходу, который забрав их, благополучно вернулся в Севастополь 16 декабря. Убитых и раненых не было.

»

Пароход «Константин», посланный в крейсерство к Батуму, где стояла эскадра из семи больших судов, под начальством Гобарта-паши, в ночь на 14 января произвела нападение на стоявший на Батумском рейде сторожевой винтовой пароход, для чего были посланы два катера, вооруженные минами Уайтхеда, действием которых неприятельский пароход был потоплен. Обломки парохода покрывали море на большой площади, мешая спасению людей. Катера возвратились к «Константину», который, исполняя данную ему инструкцию, направился вдоль берега, и 16 декабря благополучно прибыл в Севастополь.

О сложности обстановки на театре военных действий говорит следующий факт. Весной 1878 года, несмотря на более чем успешное развитие событий на сухопутном фронте с турецкими войсками, возникла опасность англо-турецкого десанта. В этой связи появляются следующие документы: «Меры по обороне Черноморского побережья на случай англо-турецкого десанта»; «О необходимости усиленного наблюдения за крепостями Шумлою и Варной». Представляю в Главный штаб при отзыве командующего войсками Одесского военного округа от 23 января 1878 года №781. Получен в Главном штабе 31 января 1878 года. Сам стиль и методика разработки этих документов представляют интерес не только для исследователя – историка, но и для читателя. Поскольку, документы эти не получили дальнейшего развития, нет смысла приводить их подробно в настоящей публикации. Главное в документах – это подтверждение дипломатическими и агентурными источниками фактов исключительного обострения отношений между Великобританией и Россией, грозящих перерасти в военный конфликт по сценарию 1854 года. Большая, широкомасштабная война стояла у России на пороге. Более того, Главным штабом начата была разработка ряда документов на случай возможного разрыва отношений с Австро-Венгрией. Штабы планировали, министры нервничали, а армия и флот продолжали активные боевые действия, направленные на достижение окончательной победы. В феврале 1878 года передовые отряды русской армии совершили бросок в направлении Константинополя. В эти же дни в Босфор вошла английская броненосная эскадра. В связи с отсутствием у России на Черноморском театре сильного броненосного флота, способного противостоять демонстративным действиям английских кораблей, и реально преградить им путь в Черное море, русское командование приняло решение минировать Босфор. По расчетам для заграждения пролива в районе, контролируемом нашими войсками, требовалось 300 ударных и 80 гальванических мин. На вооруженных пароходах «Великий князь Константин» и «Веста» срочно установили необходимое для постановки мин оборудование.

19 февраля (3 марта) 1878 года между Россией и Турцией в Сан-Стефано (пригород Константинополя) был заключен мир. Однако он не снял напряженности в отношениях России и Англии. Британский флот, остававшийся в Мраморном море, продолжал угрожать вторжением в Черное море. Поэтому русские моряки не прекращали приготовлений к массированным минным постановкам. Мины, ранее находившиеся в черноморских арсеналах, были уже использованы по планам обороны и нападения, поэтому теперь готовились мины, доставленные с Балтики. Тоже была задача не из легких. К середине марта приготовления к заграждению минами Босфора были завершены,- «Константин» и «Веста» с запасами мин перешли в район Босфора. Эта операция умышленно не держалась в тайне. Англичане, узнав об этом, заявили, что если русское командование не откажется от минирования пролива, то британский флот захватит Босфор. После согласования проблемы на самом высоком уровне, русскому командованию пришлось уступить. Несмотря на то, что намечаемая постановка мин в районе Босфора не состоялась, сам факт готовности к ней свидетельствует о способности и готовности русских моряков выполнить сложнейшую эту задачу.

Учитывая жесткие условия Парижского трактата, Россия была лишена возможности своевременно и качественно укрепить свое Черноморское побережье перед войной, и в условиях жесточайшего противодействия со стороны Англии, Франции, Австрии при крайнем дефиците средств и времени изыскала возможность грамотно спланировать и реализовать план обороны Черноморского побережья. Вице-адмирал Руднев был одним из тех, кто создавал этот план и фактически приводил его в действие.

Нам же остается кратко подвести итог по рассматриваемому периоду деятельности моряков-черноморцев под командованием адмиралов Аркаса, Чихачева и Руднева. На этот раз И.Г. Рудневу не пришлось под шквальным огнем неприятеля выводить на огневую позицию пароходо-фрегат, изыскивать средства для поддержания боевого корабля в постоянной боевой готовности. В последней войне, обязанности начальника береговой обороной ответственного участка, командира прифронтового морского порта, обеспечивающего планирование и выполнение боевых рейдов катеров и вспомогательных крейсеров – задача ответственная и сложная. Как уже нами отмечалось – опасность покушений и десантов, сначала со стороны турецкого, а затем и английского флотов не исключалась в любой момент...

Откуда появились герои последней войны, – капитан-лейтенанты Баранов и Макаров; лейтенанты Ф. Дубасов, А. Шестаков, Н. Скрыдлов, З. Рожественский? Они воспитывались и получали свои знания в экипажах, на флотилиях и эскадрах, которыми командовали адмиралы Григорий Бутаков, Иван Шестаков и Иван Руднев. Так что с полным на то правом, наш герой мог сказать, что воспитанная им смена с честью и славой выдержала испытания огнем в борьбе с сильным противником…


30 июня 1883 года Морское министерство и РОПИТ заключили договор на строительство двух однотипных эскадренных броненосцев «Чесма» и «Синоп». Наблюдающим за постройкой кораблей был назначен вице-адмирал Руднев. Это была почетная и приятная обязанность для старого моряка, на глазах которого и при непосредственном его участии возрождался Черноморский флот. Проблемой было то, что Севастопольское адмиралтейство не располагало крупными стапелями для закладки кораблей свыше 10000 тонн. Министерство шло на большой риск, распределяя заказы, зная о проблемах севастопольских судостроителей.




Все тексты и изображения, опубликованные в проектах Крымологии, включая личные страницы участников, могут использоваться кем угодно, для любых целей, кроме запрещенных законодательством Украины.