Херсонес (пароходофрегат)

Материал из Крымологии
(перенаправлено с «Херсонес (параходофрегат)»)
Перейти к: навигация, поиск
параходофрегат
Херсонес
Херсонес (параходофрегат).jpg
Порт

Севастополь

Изготовитель

построен в Англии

Спущен

в 1843 г.

Эксплуатация с

прибыл в Одессу в 1843 г.

Параметры
Габариты

53,3 м; 9,7 м; -?

Осадка

4,5 м

Парусное вооружение
Мощность

260 л. с.

Вооружение
Артиллерия

4 орудия.

Ходовые характеристики
Скорость

11 уз.

Параходофрегат «Херсонес» — российский параходофрегат участвовавший в Крымской войне 1853—1856 гг.

Участвовал в Синопском сражении 18.11.1853 г.

При обороне Севастополя был посажен на камни в Северной бухте, где и находился до конца войны.

Участие пароходофрегата Херсонес в обороне Севастополя

13 сентября в Севастополе было объявлено осадное положение. В создавшихся условиях, наиболее мобильный отряд кораблей составили пароходофрегаты, в их числе «Херсонес» под командованием Ивана Руднева.

5 октября союзные войска произвели первую жестокую бомбардировку Севастополя. В этот день, с утра, пароходофрегат «Херсонес» совместно с «Владимиром» из Килен-бухты обстреливали английские батареи, которые вели огонь по Малахову кургану – ключевой позиции обороны крепости. Действия в этот день пароходофрегатов особо отмечено командованием крепости.

24 ноября 1854 года по распоряжению вице-адмирала Нахимова против неприятельских работ была предпринята морская вылазка пароходов «Владимир» и «Херсонес».

В ночь на 9 февраля пароход «Херсонес», «Владимир», «Громоносец», встав на якорь у Килен-бухты, обеспечивали непрерывность проведения работ по возведению Волынского, Селенгинского редутов и Камчатского люнета.

Рапорт П.С. Нахимова М.Н. Станюковичу об обстреле неприятельской батареей парохода «Херсонес» 22 февраля 1855 г.

«

...Неприятель, в эту ночь поставив на батарею, построенную им на приморской высоте подле устья Черной речки, три орудия, сего числа в 6,5 часов утра открыл огонь по пароходу «Херсонес», стоящему вблизи сухарного завода.
Отвечая ему своим бортом, «Херсонес», для сбережения машины подался на швартовых к южной стороне бухты и тем вышел из-под неприятельского огня. Пароход «Громоносец» и наши батареи северного берега бухты немедленно открыли огонь по неприятельской батарее, которая к 7,5 часам прекратила свой огонь.
На пароходе «Херсонес» убитых- 44-го флотского экипажа вольные матросы Петр Демский, Михаил Гребенюк, раненых – Яков Белый и 43-го экипажа матрос 1-й статьи Иван Лебединский. Пробоин в пароходе: противу машины в подводную часть – 3, в кают-компанию выше ватерлинии– 1, в ватервейс ютовый – 1, в кожуховую каюту с правой стороны – 1.
О чем вашему превосходительству имею честь донести[1].
Вице-адмирал Нахимов 1-й.

»


5-6 июня пароходофрегаты: «Крым», «Одесса», «Бессарабия» и «Херсонес», встав у устья Килен-Бухты, вели интенсивный огонь по наступающим войскам противника и их резервам и помогли отбить штурм. В секторе стрельбы пароходов наступали войска дивизии генерала Майрана и два батальона 1-го полка гвардейских стрелков. Первая колонна состояла из бригады полковника Сореня в составе 4,5 батальонов и наступала на 1-й бастион. Вторая колонна из бригады Де-Фальи, в составе 4,5 батальонов двинулась на второй бастион. Из войск дивизии Д.-Отмара, бригада Николя в составе 5 батальонов направилась против правого фаса Малахова кургана и стрельба по ней орудий пароходов требовала дополнительной корректировки. Наступление войск генерала Майрана, предпринятое на четверть часа ранее установленного времени, не застало врасплох команды пароходов, вышедших на позиции для стрельбы накануне вечером. Пароходофрегат «Херсонес» после распределения целей для стрельбы с другими пароходами, открыл усиленную стрельбу по наступающим колоннам французов. Войска Майрана понесли очень большие потери от перекрестного огня бастионов и пароходов. Французы в беспорядке отступили, буквально завалив своими телами крутые склоны Килен-балки.

Орудия на пароходофрегатах имели различные максимальные углы возвышения в пределах от 7 до 18 градусов. Чтобы добиться увеличения дальнобойности, принципиально не меняя материальной части орудий, капитан-лейтенант Руднев предложил увеличивать крен парохода на борт, противоположный направлению стрельбы. В результате такого нехитрого приема, максимальный угол возвышения орудий значительно увеличивался, позволяя на максимально возможных дистанциях обстреливать укрепления и живую силу противника.

В эти дни, впервые в боевых условиях, для заделки подводных пробоин в бортах пароходов применялись водолазы, использовавшие специальное снаряжение. Это давало возможность пароходофрегатам восстанавливать свою боеспособность без постановки в док и, более того, не покидая боевой позиции. В этот же период, на последнем этапе борьбы за Севастополь, предпринимались меры по блиндированию бортов пароходофрегатов, для большей их прочности под воздействием артиллерии противника.

Для защиты экипажей пароходов от пуль и осколков разрывных снарядов использовались мешки с углем, устанавливаемые вдоль бортов, подверженных воздействию оружия противника. Опираясь на значительный боевой опыт, выявлялись проблемы, появлялись замыслы, которым суждено было претвориться в жизнь в ходе дальнейшей боевой деятельности парового, броненосного русского флота под командой будущих адмиралов: Бутакова, Попова, Руднева…

22 августа пароходы: «Владимир», «Одесса» и «Херсонес» поражали своими залпами неприятеля, накапливавшегося для атаки в Килен-Балке. Особенно ощутимый ущерб противнику наносили «Владимир» своими бомбическими 68-фунтовыми орудиями и «Херсонес», позиция которого позволяла перейти на стрельбу картечью по наступающим колоннам неприятеля. Не будет преувеличением сказать, что, благодаря эффективной артиллерийской поддержке пароходов, в очередной раз удалось отстоять 2-й бастион. И только из-за трудностей с корректурой огня и сложностями с обзором противника, штурмовавшего Малахов курган, артиллерия пароходов не смогла оказать столь же действенную помощь его защитникам.

После оставления нашими войсками Южной стороны Севастополя, 30 августа пароходофрегаты «Крым», «Одесса», «Бессарабия» и пароход «Эльбрус» были затоплены в Северной бухте. Затоплением судов руководили их командиры. В официальных документах, в том числе и в архивных, среди затопленных пароходов упоминается и «Херсонес». Но эта информация не совсем верна. В действительности же «Херсонес» оставался в полузатопленном положении на отмели в районе Сухарной балки. А.Ф. Гейрат писал, что «Херсонес»

« ...каким-то счастливым случаем избежал общей участи; он как бы не хотел пойти ко дну и, прибившись к берегу, защищенному от неприятельских выстрелов, уцелел[2]. »

Командир парохода-фрегата «Херсонес», капитан-лейтенант Иван Руднев, пройдя через все военные испытания на мостике боевого корабля, был награжден орденом Святого Владимира 4-й степени с мечами. Награда боевая, почетная, но достаточно скромная, по сравнению с теми наградами, которыми были отмечены его коллеги-командиры, уже и не говоря о Григории Бутакове. Князь Меншиков, командуя Крымской армией, был очень скуп на награды и очень ревниво относился к представлениям на награждения, идущие от флотского командования.

Начиная с 30 августа, союзники перенацелили все свои старые батареи в сторону наших позиций на Северной стороне, и приступили к установке новых батарей в районе Графской пристани, Хрустального мыса, Ушаковой балки, т.е приблизили их непосредственно к Южному берегу Северной бухты.

Не зная конкретных обстоятельств назначения капитан-лейтенанта Руднева командиром группы батарей, имевших один из секторов обстрела в сторону Сухарной балки, будем считать счастливым совпадением то, что многострадальный «Херсонес», в полузатопленном состоянии находился как раз в зоне ответственности капитан-лейтенанта Руднева. И то, что экипаж парохода «Херсонес» пополнил личный состав указанных батарей, можно тоже считать случайностью. Хотя, укомплектование батарей экипажами кораблей во главе с их командирами уже было стойкой традицией в ходе обороны Севастополя. Перечисленные выше две «случайности» имели уже вполне закономерное следствие. Дело в том, что размеренная и сравнительно безопасная служба на береговых батареях Северной стороны, была не по душе морякам, привыкшим к смертельному риску в ходе выполнения боевых задач их кораблем. С негласного согласия командования, моряки пытались как то разнообразить свою деятельность. Так, для охраны «Херсонеса» ежесуточно выделялся дежурный баркас с вооруженной командой, в дневное время находящейся в готовности, а в ночные часы «промышлявшей» под берегом, контролировавшимся противником. Короче говоря, не ограничиваясь только сторожевой службой, моряки периодически совершали морские вылазки на южную сторону Северной бухты с целью разведки и совершения диверсий. Такие вылазки практиковались и с позиций других батарей, укомплектованных моряками, но именно в нашем случае вылазка в ночь с 16 на 17 января завершилась схваткой с французами. По официальной информации, французы на 4-х шлюпках пытались подойти в район «Херсонеса» с целью диверсии, а наши моряки вовремя разгадав дерзкий замысел врага, вышли им навстречу. Малые гребные суда были вооружены малокалиберными фальконетами, а экипажи их имели на вооружении абордажное оружие. Видимо, французы были вооружены в аналогичном варианте. В боевом столкновении участвовало с обеих сторон 9 малых гребных судов, от шлюпки до баркаса. В результате, схватка на воде переросла в активную артиллерийскую дуэль батарей. Она началась поздно вечером. По сигналу, данному со шлюпок, загремели наши батареи Северной стороны. Бомбы и ядра падали в бухте и в городе. Одна из французских шлюпок была потоплена, а остальные поспешно вернулись. Несколько часов гремела канонада, живо напоминавшая наблюдателям страшные бомбардировки времен осады.

После описанного боевого эпизода, опасаясь за сохранность и без того полузатопленного и порядком изувеченного, но по-прежнему «родного» корабля, моряки 36 и 37 батарей в течение трех последующих ночей, с большим трудом отбуксировали «Херсонес» к отмели в районе 22-й батареи, где ширина Северной бухты была максимальной, что хоть в малой степени способствовало сохранению корабля от возможных покушений противника и от артиллерийского огня. На месте новой своей «стоянки» «Херсонес» и был увековечен на фотографии в сентябре 1856 года.

18 марта 1856 года был заключен мирный трактат. Окончилась Крымская война, вызвавшая громадные вооружения, поглотившая несколько миллиардов золотых рублей, заставившая воевавшие народы облачиться в траур, вследствие гибели множества людей…

Примечания



Все тексты и изображения, опубликованные в проектах Крымологии, включая личные страницы участников, могут использоваться кем угодно, для любых целей, кроме запрещенных законодательством Украины.